СПОСОБЫ АУТОДЕСТРУКЦИИ ЛИЧНОСТИ

 drug addictionПранализируем основные способы саморазрушительной деятельности человека, приводящие к деструктивным изменениям личности. К основным способам аутодеструкции следует отнести злоупотребление психоактивными веществами (наркотиками, алкоголем) и патологическую нехимическую зависимость: Интернет-аддикцию, гэмблинг (патологическую страсть к азартным играм) и некоторые другие. Рассмотрим их специфику и последствия для личности.

Одним из способов аутодеструкции личности является злоупотребление психоактивными веществами. Психоактивным считается такое вещество, прием которого приводит иногда к нарушению сознания или психики. Все психоактивные вещества могут стать источниками злоупотребления, неправильного употребления и развития психологической и физической зависимости. Под злоупотреблением психоактивными веществами обычно понимается патологическое употребление вещества, ведущее к потенциально рискованному поведению – вождению в состоянии интоксикации или систематическому приему вещества, невзирая на подорванное здоровье, проблемы в социальной, психологической или профессиональной сфере. К основным психоактивным веществам, оказывающим деструктивное воздействие на личность, относятся алкоголь и наркотики.

История наркомании насчитывает не одно тысячелетие. Практически все народы, начиная с доисторического периода, употребляли наркотики растительного происхождения из-за их необычайных способностей – изменять установившийся взгляд человека на мир, уводить в мир иллюзий. Существует гипотеза, что первое знакомство человека с наркотиками состоялось еще в раннем палеолите. Из исторических документов известно, что шумеры, китайцы, индейцы, древние греки, ацтеки и племена Сибири хорошо знали действие некоторых наркотиков. Так, опиум и его производные люди используют более 5 000 лет. Некоторые источники описывают потребление опиума до IV тыс. до н.э. шумерами, жившими в дельте Евфрата (современная территория Ирака). Шумеры называли его «hul», что в переводе означает «радость», «наслаждение». На глиняных табличках остались рекомендации по приготовлению и употреблению опиума. В Египте были обнаружены наскальные рисунки, изображающие употребление опиума во время проведения религиозных ритуалов, датируемых серединой IV тыс. до н.э. Из древних папирусов, в частности «Лечебного папируса из Фив» известно, что опиум был занесен в список анальгетиков, то есть египтяне знали воздействие опиума на организм человека. Из Египта опиум распространился в Грецию. В 330 г. до н.э. Александр Македонский впервые завез его в Персию и Индию. В VIII в. арабы расширили границы выращивания мака от Малой Азии до Индии и Китая. Они считали мак священным растением, которое открывает «врата рая» тем, кто его употребляет.

Употребление марихуаны и гашиша (производных конопляной культуры Cannabis Sativa) уходит корнями в глубины истории. С коноплей были явно знакомы в древнем Китае, она упоминается в травниках китайского императора Шен Нунга, составленных приблизительно в 2737 г. до н.э. Древние греки также освоили каннабис и его производные, что вероятно, явилось результатом торговых связей с Китаем. В некоторых религиозных учениях Индии говорится, что жрецы пили напиток из каннабиса как чай, который был частью религиозных ритуалов. Происхождение названия «гашиш» связано с преданием о Хассане ибн ас-Саббахе, старце гор, который решил увековечить свое имя в истории. На берегу реки Аломут он построил крепость для себя и своих воинов – ассасинов, главным занятием которых была война и убийства. За употребление гашиша члены этого ордена получили на Востоке название гашишинов (по-арабски – «хашашин»). Крестоносцы, которые понесли от них значительные потери, произносили это слово как «ассасин». Так стали называть членов этой организации в Европе, позднее слово стало нарицательным и вошло во французский и некоторые другие европейские языки, приобретя значение «коварный убийца». Это свидетельство, привезенное Макро Поло из Персии, можно считать первым в истории описанием массового употребления наркотиков в политических целях, а также их способности побуждать человека к совершению деструктивных действий.

В древности в религиозных целях широко использовали галлюциногенные грибы, считавшиеся божественными. В Мексике, например, был найден большой каменный гриб с высеченным на ножке обликом бога. Предполагают, что возраст находки свыше 10 тыс. лет. Ряд галлюциногенных грибов, представителей видов Stropharia и Psylocybe, называвшихся «тео-нанацатль», или «божественная плоть», играли важную роль в ритуалах ацтеков. Они употребляли также пейот (Lорhорhоrа williаmsii), маленький, лишенный колючек кактус, содержащий различные алкалоиды, включая мескалин. Во многих перуанских мумиях двухтысячелетней давности обнаружены высушенные листья коки (Eryhoxylum coca). Одежда инка имела карман, известный как чуспа, чтобы носить с собой листья. Кока была эмблемой мальчиков инков, знаком силы и выносливости. В Сибири задолго до нашей эры были известны опьяняющие свойства местных психотропов – конопли, белены, багульника, борщевика и других растений, издревле использовавшихся в Евразии для приготовления наркотических снадобий. Традиция употребления галлюциногенных грибов, прежде всего мухоморов (Amanita muskaria), существовала у чукчей, коряков, камчадалов и юкагиров.

Итак, в архаических обществах наркотические вещества использовались прежде всего в религиозно-обрядовых целях. Они позволяли достичь измененного состояния сознания шаманам, использовались в магической практике и в лечебных целях; возникающие под их воздействием галлюцинации считались особым способом «обучения». При этом случаи зависимости от наркотиков архаическим обществам практически не известны. Сами галлюциногенные вещества считались там священными, их употреблению предшествовала специальная подготовка, которая, как правило, включала половое воздержание и особую диету. Прием наркотических веществ сопровождался особыми ритуальными действиями, возникающие видения служили людям духовной опорой, защитой от неизвестной угрозы, средством, позволяющим увидеть будущее. Употребление наркотических веществ только ради удовольствия было практически немыслимым, так как в представлении членов архаических обществ могло навлечь беды на весь коллектив.

Массовое употребление наркотиков в Европе началось в XIX в., в период, когда группа интеллектуальных авантюристов проводила эксперименты над собственным сознанием, употребляя наркотики, привезенные из Египта и Индии. Все началось с того дня, когда французский врач Моро де Тур по возвращении из Алжира предложил своим друзьям попробовать «давамеску» – печенье из гашиша. С этого времени немало известных писателей, поэтов, художников, журналистов приобщились к наркотикам. В числе их можно назвать Шарля Бодлера, Теофиля Готье, Александра Дюма-отца, Гюстава Флобера и других именитых лиц, действительных членов «Клуба любителей гашиша» (1850), обосновавшегося в столице Франции. В их произведениях нашла отражение тема «наркотики – наслаждение». Вот, например, выдержка из романа Ш. Бодлера «Искусственный рай (из признаний потребителя опиума)», опубликованного в русском журнале «Свет и тени» (1879): «Он лежит перед вами: кусок зеленой мастики, величиною в орех, издающий неприятный, возбуждающий тошноту запах. В нем-то и заключается счастье, счастье со всеми его сумасбродствами. Глотайте без страха – от этого не умирают. Ваш организм нимало не пострадает от этого. Вы ничем не рискуете... Свисток уже раздался. Поезд тронулся, и вы обладаете любопытной привилегией не знать цели вашего путешествия. Но вы сами пожелали этого...»

В период с 1799 по 1806 г. немецкий фармацевт Фредерик Зертюнер проводил опыты, добавляя к опиуму раствор аммония. В результате он получил похожий на белую пудру алкалоид, воздействие которого оказалось в несколько раз сильнее опиума. Он назвал его морфином в честь Морфея, древнегреческого бога мечтаний и грез. Приблизительно в 1865 г. в Америке была изобретена игла для подкожного впрыскивания, что позволило широко применять морфин при оказании помощи солдатам в ходе Гражданской войны, не только раненным в боях, но и страдавшим от дизентерии. В результате многие солдаты, побывавшие в сражениях Гражданской войны, вернулись к мирной жизни пристрастившимися к наркотику – состояние, называвшееся «солдатской болезнью».

На рубеже XIX–XX веков выяснилось, что если обработать морфин дешевым и доступным уксусным ангидридом, то он превращается в другой мощный анальгетик, названный героином. Появляние героина с энтузиазмом приветствовал его первооткрыватель, Генрих Дрезер. Ведущие ученые того времени признали достоинства героина, и препарат стал широко использоваться при анальгезии, а также в других медицинских целях, заменяя морфин. Однако в нем вскоре разочаровались, так как героин оказался опаснее морфина, действуя быстрее, сильнее и сохраняя аддиктивные свойства. В результате героин был изъят из врачебной практики.

Долгое время наркотические вещества находились в свободном обороте, более того, врачи рекомендовали их своим пациентам при лечении различных заболеваний. Лишь в конце XIX – начале ХХ в. стала осознаваться проблема наркомании и разрушительное влияние наркотиков на личность.

В ХХ в. список наркотических веществ пополнился. В 1938 г. швейцарскому химику Альберту Хоффману удалось синтезировать лизергиновую кислоту, что явилось началом массового употребления галлюциногенных наркотиков. ЛСД (диэтиламид лизергиновой кислоты) – вещество без вкуса, цвета и запаха, способное вызвать интоксикацию в количествах меньших, чем крупинка соли. А. Хоффман не подозревал о мощных галлюцинаторных свойствах ЛСД, пока не подвергся небольшому случайному отравлению. Вот его отчет о своих впечатлениях: «В прошлую пятницу, 16 апреля 1943 года, я был вынужден прервать работу в лаборатории в разгар рабочего дня и отправиться домой, так как был охвачен странным беспокойством, сопровождавшимся легким головокружением. Дома я лег и погрузился в состояние своеобразного опьянения, которое не было неприятным и отличалось крайней активностью воображения. Пока я лежал в оцепенении, с закрытыми глазами (дневной свет казался мне неприятно ярким), на меня обрушился непрерывный поток фантастических видений необычайной подвижности и живости, сопровождавшийся интенсивной калейдоскопической игрой красок. Через два часа это состояние постепенно прошло». Хоффман сопроводил этот опыт серией плановых наблюдений за собой под действием ЛСД, некоторые из них он описал как «мучительные». Исследователи использовали ЛСД для вызова и изучения галлюцинаторных состояний или «смоделированных психозов», которые считались близкими к шизофрении. Примерно в 1950 г. ЛСД был представлен в США с целью проведения необходимых исследований и подтверждения возможной терапевтической ценности. Однако ЛСД так и не зарекомендовал себя терапевтически полезным препаратом.

Обычно после приема ЛСД человек в течение примерно восьми часов испытывает изменения в сенсорной перцепции, колебания настроения и чувства деперсонализации и отчужденности. Ощущения под действием ЛСД не всегда приятны. Они способны нанести серьезную травму; искаженные предметы и звуки, фантастические цвета и необычные мысли бывают угрожающими и пугающими. Например, один британский студент-юрист, находясь под действием ЛСД, попытался «растянуть время», для чего взял зубное сверло, чтобы просверлить себе дырку в голове. В других случаях люди, предпринявшие «неудачное путешествие», поджигали себя, выбрасывались из окон и принимали другие препараты, смертельные в сочетании с ЛСД.

В настоящее время проблема злоупотребления психоактивными веществами является достаточно актуальной. По приблизительным подсчетам, на сегодняшний день по всему миру свыше 200 млн. человек употребляют наркотики различного вида. В том числе примерно 140 млн. человек курят марихуану – самый распространенный наркотик, кокаин употребляют 13 млн. человек, героин – 8 млн., 30 млн. человек злоупотребляют стимуляторами амфетаминового ряда. Количество потребителей наркотиков увеличивается с каждым годом, причем в основном за счет поражения наркотиками наиболее уязвимой части населения – молодежи. В некоторых странах число школьников и совершеннолетних молодых людей, которые, по собственному признанию, пробовали потреблять марихуану, составляет 37 %.

В настоящее время деструктивное воздействие наркотиков на личность не вызывает сомнения. Все исследователи, занимавшиеся изучением наркоманий, описывали личностные нарушения у больных и связанные с ними медицинские и социальные последствия. При этом одни авторы указывают, что личность наркомана изменяется под влиянием ряда социальных факторов, в то время как другие подчеркивают токсическое влияние наркотика. Наркомания влечет психическую, интеллектуальную, физическую и нравственную деградацию личности. Средняя продолжительность жизни наркомана не превышает 35 лет. По данным специалистов, психоактивные вещества могут вызывать такие деструктивные личностные изменения, как делирий, деменция, амнестический синдром.

Для обозначения деструктивных личностных изменений, происходящих у наркомана, отечественные исследователи А.А. Козлов и М.Л. Рохлина предлагают использовать термин наркоманическая личность, отмечая, что у всех наблюдаемых ими пациентов с разными формами наркомании, независимо от вида употребляемого наркотика, по мере наркотизации индивидуальные личностные характеристики нивелировались и формировался своеобразный наркоманический дефект, который характеризовался повышенной возбудимостью, нарастающими аффективными расстройствами, преобладанием истеровозбудимых форм реагирования, психосоциальной дисфункцией в виде постепенного угасания интересов, различными аномалиями эмоционально-волевой сферы, расстройствами сферы влечений, в том числе сексуальной расторможенностью. Были выражены морально-этическое снижение и транзиторные интеллектуально-мнестические расстройства.

Деструктивные изменения личности происходили значительно быстрее у молодых лиц, нежели у взрослых наркоманов. По-видимому, незрелая личность значительно быстрее подвергается токсическому воздействию наркотика. Личность же со сформированным «Я» медленнее поддается пагубному воздействию психоактивного вещества. Но рано или поздно все больные наркоманиями становятся похожими друг на друга, так как в процессе наркотизации изменяются основные ценности, потребности, мотивации, личностные взаимоотношения, мышление.

Деструктивные изменения личности происходят значительно быстрее под воздействием субкультуры наркоманов. В самом общем деструктивные изменения личности по наркоманическому типу могут быть представлены процессом вхождения его в новую социальную среду, в данном случае наркоманическую, с существенными изменениями в ней в результате этого процесса. По мнению Л.С. Выготского, вхождение человека в неблагополучную социальную нишу, приводящее к становлению и изменению личности, включает фазы адаптации, индивидуализации и интеграции. В свете теории Л.С. Выготского происходит следующее. Вначале имеет место адаптация – усвоение действующих в группе норм и ценностей, овладение соответствующими для наркомана средствами и формами деятельности, определенными навыками и тем самым до некоторой степени уподобление другим членам той же общности, наркоманической среды. Далее следует фаза индивидуализации, характеризующаяся поиском средств и способов обозначения своей индивидуальности: сочетанное или комбинированное употребление различных психоактивных веществ, повышение доз, раскрытие перед группой своих «похождений» и возможностей в приобретении наркотиков, особых способов их реализации, умение красочно описать состояния «кайфа» у себя и тем самым привлечь повышенное внимание окружающих. Фаза интеграции детерминируется противоречием между стремлением быть идеально представленным своими особенностями и отличиями в нормальной среде (семья, школа, врачи), с одной стороны, и потребностью наркоманической общности принять, одобрить и культивировать лишь те его аддиктивные особенности, которые на самом деле способствуют его деградации. Так уже существующая, ранее сформированная личность под воздействием большого количества факторов претерпевает существенные деструктивные изменения: нивелируются прежние черты характера и формируются новые, «наркоманические».

По данным А.А. Козлова и М.Л. Рохлиной, признаки морально-этического снижения были выявлены у 94 % наркоманов, причем в группе, употреблявших препараты опия, у всех больных. При этом, легкая степень морально-этического снижения выявлялась у лиц с длительностью наркотизации до 2 лет, средняя – с длительностью ее от 2 до 4 лет, выраженная – при давности наркотизации 4–6 лет. Интеллектуально-мнестические нарушения отмечены у 92 из 100 обследованных, наиболее тяжелые преобладали у больных опийной и полиморфной наркоманией, меньшей степени тяжести – у лиц, злоупотреблявших героином и первитин-эфедроновыми веществами. Характерными проявлениями интеллектуально-мнестических нарушений были также торпидность мышления, бедность воображения, нарушения непосредственной и опосредованной памяти, нарушения мотивационного компонента памяти и динамики мнестической деятельности, в редких случаях – ослабление фиксационной и репродуктивной памяти. Следует обратить внимание на то, что длительный отказ от употребления наркотиков приводит к определенному улучшению интеллектуально-мнестических функций, однако их полного восстановления не отмечается. В 7% случаев наблюдалась выраженная деградация личности: проявлялся ее дефект с обеднением чувств, суждений, снижением активности, усилением психопатоподобной симптоматики, аффективных нарушений, снижением и утратой трудоспособности, социальной дезадаптацией.

Таким образом, одним из способов аутодеструкции личности является злоупотребление психоактивными веществами, которое может вызвать различные формы деструктивных изменений личности, вплоть до амнестического расстройства. Причем при прекращении употребления наркотиков полного восстановления интеллектуальных функций личности не происходит.

alcoholismК деструктивным изменениям личности может привести и злоупотребление алкоголем. Представители многих древних культур, включая египетскую, греческую и римскую, употребляли алкоголь по многим поводам и часто – в избытке. Пиво впервые появилось в Египте приблизительно в 3000 г. до н.э. Древнейшие из дошедших до нас винодельческих рецептов были записаны в Италии Марком Катоном примерно за полтора века до Рождества Христова. Приблизительно в 800 г. н.э. арабский алхимик разработал процесс перегонки, повысив ассортимент и крепость алкогольных напитков. Проблемы в связи с избыточным потреблением алкоголя отмечались почти с самого момента его появления. Камбиз, царствовавший в Персии в VI в. до н.э., пользовался сомнительной славой одного из первых известных алкоголиков.

В настоящее время алкоголизм является серьезной проблемой для европейцев и населения стран, претерпевших влияние европейской культуры: Аргентины, Канады, Чили, Японии, США и Новой Зеландии. Население этих государств составляет менее 20% мирового населения и в то же время потребляет 80% алкоголя. Первое место по алкоголизму занимают французы, среди которых им страдают приблизительно 15 % населения. В США распространенность алкоголизма составляет 13,4 %. Стабильно высоким является уровень алкоголизма в России, причем, по данным Института социологии РАН, «в России каждое последующее поколение начинает потребление спиртных напитков в более раннем возрасте, чем это делало предыдущее поколение».

Для индивида существует огромное количество пагубных последствий, связанных с чрезмерным употреблением алкоголя. Тяжелое пьянство сопровождается повышенным риском различного рода травм. Продолжительность жизни алкоголика в среднем на 12 лет короче, чем у среднестатистического гражданина, и в настоящее время алкоголь считает третьей главной причиной всех смертей в США после ишемической болезни и рака. По данным Г.И. Каплан и Б.Дж. Сэдок, с алкоголизмом связано по меньшей мере 50 % всех дорожно-транспортных происшествий со смертельным исходом, 50 % убийств, 25 % суицидов.

Алкоголь оказывает деструктивное воздействие на личность, причем наряду с обратимыми изменениями злоупотребление им вызывает и необратимые процессы. Прежде всего, у алкоголиков претерпевает деструктивные изменения когнитивная функция мозга, что пагубно сказывается на аналитических и других мыслительных процессах, а также ослабляется самоконтроль. У 45–70 % больных алкоголизмом, требующих активного лечения, определяются специфические нарушения абстрактного мышления а также расстройства памяти. Хотя отказ от приема алкоголя приводит к частичному восстановлению в течение нескольких первых недель, около 10 % алкоголиков имеют устойчивые когнитивные расстройства различной степени тяжести – от селективной амнезии до деменции.

При хроническом алкоголизме происходит изменение мотивационной сферы человека. Данное изменение приводит к смене интересов, позиций, ценностей личности. Фактически при хроническом алкоголизме патологические процессы на психическом уровне можно разделить на две составляющие: формирование новой патологической потребности и нарушение иерархии мотивов. Б.С. Братусь констатирует, что деструктивный процесс личности вплоть до полной ее деградации начинается с изменений в сфере потребностей и мотивов, разрушения преморбидных установок, сужения круга интересов, снижения критики относительно своего поведения. У больных алкоголизмом поведение строится на удовлетворении главенствующей потребности в алкоголе. Прежняя иерархия потребностно-мотивационной сферы в начале болезни носит все менее стойкий характер, а затем все высшие потребности и установки личности оттесняются и разрушаются, утрачиваются прежние социальные связи.

В результате злоупотребления алкоголем может развиться алкогольный абстинентный делирий, который называют также белой горячкой. Белая горячка обычно развивается у больных в возрасте от 30 до 40 лет после 5–15 лет сильного пьянства, как правило, в результате злоупотребления коньяком. Человек в таком состоянии представляет опасность для самого себя и для окружающих из-за непредсказуемости своего поведения. Он может совершать нападения на других, суициды или же действия, обусловленные галлюцинациями или бредовыми идеями. Таким образом, алкоголизм может привести не только к частичной деструкции структуры личности, но и стать причиной глубоких деструктивных изменений, носящих необратимый характер.

Деструктивные изменения личности может вызвать и патологическая нехимическая зависимость, в том числе зависимость от Интернета и страсть к азартным играм – гэмблинг. Следует отметить, что понятие зависимость, или аддикция, принадлежит к числу относительно новых для отечественной науки терминов: немногим более десяти лет назад они фигурировали в составленном А.Е. Личко и Н.Я. Ивановым «Словаре современной американской психиатрической терминологии с ее отличиями от принятой в России». Традиционно исследователи, занимающиеся проблемой аддикции, анализировали преимущественно зависимость от химических веществ. Однако в последнее время наряду с химическими все чаще упоминаются поведенческие зависимости. Например, Е.В. Змановская определяет аддиктивное поведение как аутодеструктивное поведение, связанное с зависимостью от употребления какого-либо вещества (или от специфической активности) в целях изменения психического состояния. Она выделяет такие формы зависимого поведения: химическая зависимость (курение, токсикомания, наркозависимость, лекарственная зависимость); нарушения пищевого поведения (переедание, голодание, отказ от еды); гэмблинг – игровая зависимость (компьютерная зависимость, азартные игры); сексуальные аддикции (зоофилия, фетишизм, пигмалионизм, трансвестизм, эксгибиционизм, вуайеризм, некрофилия, садомазохизм); религиозное деструктивное поведение (религиозный фанатизм, вовлеченность в секту). Ц.П. Короленко и Н.В. Дмитриева выделяют такие виды нехимической зависимости, как страсть к азартным играм (гэмблинг), работогольная аддикция, аддикция к трате денег, аддикция к отношениям с другими людьми (сексуальная аддикция, любовная аддикция, аддикция избегания), ургентная аддикция (привычка к постоянной нехватке времени). Необходимо обратить внимание на то, что проблема поведенческой аддикции в настоящее время находится в стадии изучения, причем существует даже точка зрения, согласно которой поведенческая аддикция может трактоваться как одно из заблуждений современного поколения психологов и психотерапевтов. Безусловно, данная проблема требует дальнейшего теоретического осмысления, что не является задачей данного исследования. В настоящей работе будет проанализировано влияние на личность таких видов нехимической зависимости, как гэмблинг (патологическая зависимость от азартных игр) и Интернет-аддикция.

internet addictionПроблема Интернет-зависимости разрабатывается преимущественно западными учеными, в отечественной литературе по данной проблеме преобладают научно-популярные статьи, исключение составляют работы отечественного психолога А.Е. Войскунского и некоторых других. Терминология проблемы еще не вполне устоялась. Применяются наименования «зависимость от Интернета», или «Интернет-аддикция» (Internet Addiction Disorder, или IAD, Internet Behavior Dependency), а также «избыточное/патологическое применение Интернета» (Internet Overuse, Pathological Internet Use).

Родоначальниками изучения феноменов зависимости от Интернета могут считаться американские ученые К. Янг и И. Голдберг. В 1994 г. К. Янг разработала и поместила на веб-сайте специальный опросник, получив 500 ответов, из которых около 400 были отправлены, согласно выбранному ею критерию, аддиктами. И. Голдберг в 1995 г. предложил набор диагностических критериев для определения зависимости от Интернета, построенных на основе признаков патологического пристрастия к азартным играм. В 1998–1999 гг. К. Янг, Д. Гринфилд и К. Суррат опубликовали первые монографии.

Несмотря на имеющиеся разногласия между специалистами, большинство из них достаточно едины в определении поведенческих характеристик, которые могли бы быть отнесены к феномену Интернет-зависимости. Так, отмечаются следующие особенности:

  • неспособность и активное нежелание отвлечься даже на короткое время от работы в Интернете, а уж тем более прекратить работу;
  • досада и раздражение, возникающие при вынужденных отвлечениях, и навязчивые размышления об Интернете в такие периоды;
  • стремление проводить за работой в Интернете все увеличивающиеся отрезки времени и неспособность спланировать время окончания конкретного сеанса работы;
  • побуждение тратить на обеспечение работы в Интернете все больше денег, не останавливаясь перед расходованием припасенных для других целей сбережений или накоплением долгов;
  • готовность лгать друзьям и членам семьи, преуменьшая длительность и частоту работы в Интернете;
  • способность и склонность забывать при работе в Интернете о домашних делах, учебе или служебных обязанностях, важных личных и деловых встречах, пренебрегая занятиями или карьерой;
  • стремление и способность освободиться на время работы в Интернете от ранее возникших чувств вины или беспомощности, от состояния тревоги или депрессии, обретение ощущения эмоционального подъема и своеобразной эйфории;
  • нежелание принимать критику подобного образа жизни со стороны близких или начальства; готовность мириться с разрушением семьи, потерей друзей и круга общения из-за поглощенности работой в Интернете;
  • пренебрежение собственным здоровьем и, в частности, резкое сокращение продолжительности сна в связи с систематической работой в Интернете в ночное время;
  • избегание физической активности или стремление сократить ее, оправдываемое необходимостью выполнения срочной работы, связанной с применением Интернета;
  • пренебрежение личной гигиеной из-за стремления проводить все без остатка «личное» время, работая в Интернете;
  • постоянное «забывание» о еде, готовность удовлетворяться случайной и однообразной пищей, поглощаемой нерегулярно и не отрываясь от компьютера;
  • злоупотребление кофе и другими тонизирующими средствами; подбор, просматривание и изучение специальной литературы о новинках Интернета, обсуждение их с окружающими.

Как видим, при Интернет-аддикции происходит патологическое изменение потребностей и мотивов, смыслообразующим мотивом становится именно потребность работы в Интернете, все остальные отходят на задний план.

Одним из видов Интернет-зависимости (согласно типологии К. Янг) является компьютерная зависимость – навязчивая игра в компьютерные игры. Данный вид Интернет-зависимости оказывает наиболее разрушительное воздействие на личность. Виртуальный мир компьютерных игр, в которые играют аддикты, зачастую жесток и беспощаден, настроен враждебно к виртуальному герою. Сам же герой противостоит этому миру, имея для этого все необходимое: силу, ум, знания, оружие, средства защиты и т.д. Ему приходится «убивать» компьютерных «врагов», а те, в свою очередь, пытаются «убить» его. Человек, находящийся длительное время в такой среде, переносит ее законы на реальный мир: начинает чувствовать себя более уязвимым, считает, что большинство людей враждебно настроены, и мир в целом является более опасным, чем есть на самом деле. То есть повышается уровень тревожности личности, а высокая тревожность, как было показано ранее, является фактором, детерминирующим деструктивную деятельность человека.

Интернет-аддикция приводит к искаженному восприятию собственной личности и искажению восприятия человеком объективной реальности, что обязательно приводит к дезадаптации. Некоторые люди конструируют виртуальную идентичность, которая является идеальным «Я» и замещает реальное «Я». Так удовлетворяются недостижимые в реальной жизни потребности, прежде всего потребность в достижении высокой самооценки и потребность в уважении со стороны других. Люди с низкой самооценкой или те, кто часто сталкивается с неодобрением окружающих, а также депрессивные и тревожные люди будут наиболее склонны создавать идеальное «Я» on-line. Виртуальная реальность настолько захватывает человека, что начинает управлять его жизнью. Человек становится беспомощным перед своим пристрастием. Волевые усилия ослабевают и не дают возможности противостоять аддикции. Разрушительный характер Интернет-аддикции проявляется в том, что способ аддиктивной реализации из средства постепенно превращается в цель. Отвлечение от сомнений и переживаний в трудных ситуациях периодически необходимо всем, но в случае аддиктивного поведения оно становится стилем жизни, в процессе которого человек оказывается в ловушке постоянного ухода от реальной действительности.

Итак, Интернет-зависимость может привести к частичной деструкции структуры личности, в частности происходит патологическая деформация потребностей и мотивов, смыслообразующим мотивом становится именно потребность работы в Интернете, все остальные отходят на задний план; нарушается волевая регуляция поведения; претерпевают деструктивные изменения характер и темперамент, в частности усиливается интроверсия, затрудняется коммуникация, человек начинает неадекватно реагировать на внешние факторы; нарастает аутизм. Сужается круг интересов индивида, сокращается участие в значимых видах деятельности либо происходит полный отказ от нее, у человека появляются навязчивые размышления о происходящем в киберпространстве, психомоторное беспокойство. Зацикливание на процессе взаимодействия с компьютером, уход от действительности, «бегство» от нее в ирреальный виртуальный мир, феномен «незаконченного действия» – все это не позволяет пользователю полностью переключиться на другой вид деятельности. Следствием Интернет-зависимости может стать десоциализация личности, выступающая в форме пренебрежения обществом себе подобных. Следует однако отметить, что сама проблема Интернет-зависимости находится в стадии разработки, а происходящие в результате данного вида аддикции изменения, как правило, обратимы, хотя в отдельных случаях человек нуждается в помощи специалистов.

gamblingЕще одним способом аутодеструкции личности является гэмблингпатологическая страсть к азартным играм. Гэмблинг представляет собой прогрессирующее расстройство, характеризующееся постоянным или периодическим отсутствием контроля над азартом, поглощенностью игрой и добыванием денег ради игры, иррациональным поведением и продолжением игры, невзирая на неприятные последствия.

История и антропология показывают, что азартные игры велись и ведутся почти повсеместно и при любых социальных формациях. Археологические данные свидетельствуют, что в Древнем Египте около 3500 г. до н.э. играли в бабки – неровные четырехсторонние кости с выпуклой и вогнутой сторонами. Каждая сторона ее имела, вероятно, определенную ценность в играх. В бабки играли в древней греки и римляне, некоторые арабские и индейские племена. Археологами обнаружены также «метательные палочки», которые могли использоваться в играх. Они сделаны из дерева или слоновой кости. Имеют длину около трех дюймов (1 дюйм=25,4 мм), квадратное или эллипсоидальное поперечное сечение и различные стилизованные отметки. Такие палочки были найдены в древней Британии, Греции, Риме, Египте и в Америке у племени майя. Шестигранные кости появились задолго до Рождества Христова. Некоторые кости вырезались из бабок, но более стандартные кубики изготовлялись из керамики и дерева. Самые ранние игральные кости из Ирака и Индии датируются 3000 г. до н.э. Где-то около 1400 г. до н.э. была изобретена современная разметка шестигранных игральных костей, где сумма точек на противоположных гранях всегда равна семи.

Много упоминаний об азартных играх содержится в мифологии. Греческие и римские мифы упоминают о боге азартной игры или боге удачи. У ирландцев и шотландцев есть сказания о необыкновенных ставках, не востребованных победителями. Но наиболее многочисленные драматические истории об азартных играх можно обнаружить в народной литературе Азии, в особенности Юго-Восточной Азии, Японии, Филиппин и Индии. В Азии имеется множество народных преданий о том, как мужчины использовали в качестве ставок в азартной игре собственных жен, сестер, дочерей, собственные тела или части тела. Ригведа содержит гимн «Жалоба Игрока», в одной из строф которой цитируется бог Савитр: «Не играй в кости, а паши свою борозду! Находи наслаждение в собственности своей и цени ее высоко! Смотри за скотом своим и за женою своей, презренный игрок!» – так говорит мне благородный Савитр». В индийском эпосе «Махабхарата» часто и подробно описывается игра в кости, которая квалифицируется как азартная игра. Тацит описывает азартные игры на собственность и на людей у древних германцев: межплеменные стычки иногда заканчивались в зависимости от исхода такой игры.

Уже в древности люди осознавали, что азартные игры оказывают разрушительное влияние на человека, и пытались предотвратить его, запрещая данный вид игр. Так, первый из известных законов об азартных играх – Lex aleatoria (alea – игральная кость) был принят в Древнем Риме в III до н.э. Он запрещал азартные игры и разрешал все остальные: общественные, спортивные, в том числе и гладиаторские. В Древнем Китае отправляли на каторгу за игру в шупу (разновидность игры в кости). В 1188 г. английский король Генрих II запретил крестоносцам играть в кости. Во Франции игра в кости была запрещена указами 1291, 1391 и 1396 гг., но это, видимо, не подействовало, так как в 1396 г. появился указ против распространившихся поддельных костей. С появлением в Европе карт законодательные запреты распространяются и на карточные игры. Однако, несмотря на запреты, в азартные игры продолжали играть, более того, в Европе появляются игорные дома, первые из них возникли в XII в. в Италии. В разных странах в разные исторические периоды государство запрещало проведение азартных игр, однако, как правило, в это время там возникали подпольные игорные дома – страсть к игре оказывалась сильнее запретов.

Азартные игры в современном обществе принимают разные формы включая казино и рулетку, игры на тотализаторе (легальные и нелегальные), игры с числами, лотереи, кости, бинго и карты. Их распространенность объясняется в том числе и тем, что в литературе, средствах массовой информации предлагается миф о связи игры с богатством, свободой, силой. Считается, что зависимостью от азартных игр в настоящее время страдают примерно от 0,5 % до 1,5 % населения развитых стран, особенно в тех регионах, где игорный бизнес легализован. При этом около 60 % населения хотя бы раз в год проводят свой досуг именно в игровых салонах. Точные суммы, которые проходят через руки в ходе легальных и нелегальных азартных игр, неизвестны, но установлено, что в США заядлые игроки, составляющие от 1,2 до 2,3 % взрослого населения, ежегодно проигрывают свыше 20 миллиардов долларов.

По мнению психиатров, следует различать патологических и «социальных» игроков. «Социальными игроками» считаются те люди, которые могут посещать игровые заведения время от времени, и для которых азартные игры являются лишь одним из большого числа способов проведения досуга. Описание пристрастия к азартным играм как патологического состояния было дано еще Э. Крепелиным около 100 лет назад. Это состояние было отнесено к расстройствам личности, наряду с патологическим коллекционированием, однако научно обоснованные критерии болезненного пристрастия к игре были впервые систематически изложены лишь в американской классификации психических расстройств. В ней главными признаками патологической игры была признана «хроническая и прогрессирующая неспособность сопротивляться импульсу игры, поведению игрока, что ставит под угрозу, нарушает и разрушает личное, семейное и профессиональное положение. Характерными проблемами являются большие долги и последующее невыполнение по их уплате, разрыв семейных отношений, мошенничество и запрещенная финансовая деятельность». В настоящее время гэмблинг привлекает все больше внимания исследователей во всем мире, однако причины данного явления до конца не выяснены. В отечественной же науке практически нет публикаций на эту тему.

Следствием патологического пристрастия к азартным играм являются деструктивные изменения личности. У патологических игроков происходит деформация потребностей и мотивов, важнейшей из которых становится потребность в игре, нарушение волевой регуляции поведения – неспособность прекратить игру, происходит искажение самооценки, которая напрямую связывается с успешностью игры. У лиц с игровой зависимостью преобладают иррациональные убеждения, в частности им свойственны персонификация игрового автомата («автомат похож на меня»), «иллюзия контроля» – убежденность в том, что они могут контролировать случайные события посредством различных способов ритуального поведения, например, скорости нажатия на кнопки игрового автомата. Если обычно люди рассматривают азартные игры как занятие неэтичное и деструктивное, то сами азартные игроки кажутся себе идущими на «рассчитанный риск» с целью создания доходного бизнеса. Нередко они испытывают одиночество и негодуют на окружающих, которые не понимают их действий, то есть следствием гемблинга становится нарушение межличностных отношений и нарастание аутизма. Данные изменения обратимы, однако состояние патологической зависимости от азартных игр, как правило, требует специального лечения, причем сам человек должен принять решение о его необходимости и о том, что ему нельзя возобновлять игру.

Итак, основными способами аутодеструкции являются злоупотребление психоактивными веществами (наркотиками, алкоголем) и патологическая нехимическая зависимость: Интернет-аддикция и гэмблинг. Данные виды аддикции мы можем отнести к способам аутодеструкции личности, так как для их формирования необходима личная активность, причем человек, употребляющий психоактивные вещества или злоупотребляющий игрой, осознает их возможные разрушительные последствия, однако пребывает в уверенности, что его они не коснутся. Следствием злоупотребления психоактивными веществами или патологической нехимической зависимости могут явиться патологическая деформация потребностей и мотивов, искаженное восприятие собственной личности, нарушение волевой регуляции поведения, деструктивные изменения характера и темперамента, в частности, усиление интроверсии, затруднение коммуникации, рост аутизма. Как правило, в случае патологической нехимической зависимости деструктивные изменения личности являются обратимыми. В случае же зависимости от психоактивных веществ возможны глубокие деструктивные изменения личности, при которой на первый план выступает деменция – значительное интеллектуальное снижение. Причем при прекращении употребления психоактивных веществ полного восстановления интеллектуальных функций личности не происходит.

 скачать книгу Лысак И.В. о деструктивной деятельности

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Обратная связь

Авторизация




 

© 2013-16 Ирина Лысак. Все права защищены