ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ДЕТЕРМИНАЦИЯ ДЕСТРУКТИВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА

 

psychicsОбратимся к анализу психологической детерминации деструктивной деятельности человека. Как известно, психика – это субъективное, сигнальное, социально обусловленное отражение действительности в идеальных образах, на основе которых происходит активное взаимодействие человека со средой. Психика осуществляет функцию ориентации и регуляции деятельности. Ввиду того, что психика человека дуальна и слагается из животной психики и психики социальной, можно утверждать, что психология как научная дисциплина является связующим звеном между естествознанием и обществознанием. Отсюда и угол рассмотрения биоспихической детерминации деструктивной деятельности человека в социокультурном контексте.

Всякая деятельность имеет свою психологическую структуру. Согласно базовой схеме А. Леонтьева, любая деятельность имеет трехчленное строение. Деятельности в целом соответствует мотив – побуждения к деятельности, связанные с удовлетворением потребностей субъекта. Мотив обладает двумя функциями. Во-первых, это побудительная функция, побуждающая человека к данной деятельности. Во-вторых, смыслообразующая функция, придающая данной деятельности особый личностный смысл. Деятельность распадается на действия, каждое из которых направлено на достижение целей. Обычно достижение мотива всей деятельности как раз и складывается из реализации цепочки промежуточных целей. Действия, в свою очередь, складываются из отдельных операций. Операция – первичная единица деятельности. Это задача, данная в определенных условиях. Решая такие задачи, человек совершает действие. За счет осуществления цепочки действий достигается мотив, то есть осуществляется определенная деятельность. Итак, чтобы выяснить психические детерминанты деструктивной деятельности, необходимо прежде всего обратить внимание, на мотивы, которыми руководствуется человек, и потребности, лежащие в основе этих мотивов. Под потребностью понимается предпосылка психической активности, возникающая в результате рассогласования реального состояния индивида, социальной общности с оптимальными для них состояниями; испытываемая человеком необходимость устранения отклонений от параметров жизнедеятельности, оптимальных для него как биологического существа, индивида и личности. Теория потребностей достаточно детально разработана американским ученым А. Маслоу. Изложим ее суть.

В своих работах А. Маслоу строит следующую иерархию потребностей. На низшую ступень ставятся физиологические потребности (голод, жажда и т.п.). Если они постоянно удовлетворяются, то перестают служить активной детерминантой поведения, начинают существовать только в потенциальной форме, так как в индивидуальной мотивационной динамике преобладают и определяют поведение только неудовлетворенные потребности. Когда физиологические нужды полностью удовлетворены, в структуре мотивации начинает доминировать потребность в безопасности, в защищенности. Далее следует стремление принадлежать к социальной группе и занимать в ней определенное место, потребность в привязанности, внимании и любви со стороны окружающих. Следующая группа потребностей – это стремление к достижению высокой самооценки и потребность в уважении со стороны других. Согласно А. Маслоу, необходимость в уважении может проявляться на двух уровнях желаний: достичь уверенности, независимости и свободы; быть уважаемым, признанным и высоко ценимым другими людьми, то есть обладать хорошей репутацией, престижем и иметь достаточно высокий общественный статус. И, наконец, будучи достаточно удовлетворены в основных потребностях, люди мотивируют свои действия «...тенденциями к самоактуализации, определяемой как актуализация потенциалов, способностей и талантов, как выполнение миссии (зова судьбы, предназначения или призвания), как более полное знание и принятие личностью собственной внутренней природы, как непрекращающаяся тяга к единству, интеграции или синергии внутри личности». О потребности к самоактуализации А. Маслоу говорит так: «Люди должны быть тем, кем они могут быть. Они должны быть верны своей природе». Если человек не может удовлетворить свои фундаментальные (по терминологии А. Маслоу – «базальные») потребности, то у него возникает чувство неполноценности, приводящее в действие компенсаторные механизмы. Часто в качестве такого механизма выступают деструктивные действия. Итак, по А. Маслоу, разрушительные силы в людях являются результатом фрустрации основных потребностей.

О значимости потребности в раскрытии творческого потенциала, в самореализации пишут и другие психологи. А. Адлер указывает, что фундаментальным законом человеческой жизни является стремление к превосходству. Причем оно может принимать как деструктивное, так и конструктивное направление. Деструктивное направление обнаруживается у людей со слабой способностью к адаптации, у тех, кто борется за превосходство посредством эгоистического поведения и озабочен достижением личной славы за счет других. Хорошо приспосабливающиеся люди, наоборот, проявляют свое стремление к превосходству в конструктивном направлении, чтобы оно соотносилось с благополучием других людей. К. Роджерс выдвинул гипотезу о том, что все поведение вдохновляется и регулируется неким объединяющим мотивом, который он назвал тенденцией актуализации. Она представляет собой «свойственную организму тенденцию развивать все свои способности, чтобы сохранять и развивать личность». Таким образом, ведущими мотивами, побуждающими человека к деятельности (как к конструктивной, так и к деструктивной), являются его фундаментальные потребности в безопасности, уважении, признании и, наконец, в самоутверждении, самореализации, раскрытии своего творческого потенциала. Как указывают Е.П. Никитин и Н.Е. Харламенкова, самоутверждение, самореализация пронизывают всю нашу жизнь. Это очень мощная сила, которая может действовать по-разному. «Она может творить, создавать человека, вознося его чуть ли не до божественных высот, а может и разрушать его, полностью лишать человеческого облика, низвергать в бездны звериного».

Как правило, реализация себя связана с множеством препятствий и требует не только особых личностных качеств (сила воли, целеустремленность, энергичность, работоспособность, увлеченность), но и определенных социальных условий, которые сделали бы самоактуализацию возможной. Когда на пути реализации своих возможностей индивид встречает препятствия, воспринимаемые им как непреодолимые, это порождает состояние фрустрации – остро критическое состояние, проявляющееся в гнетущем напряжении, тревожности, чувстве безысходности. Значительная часть лиц, совершивших деструктивные действия, находилась в данном состоянии. Так, по данным О.Л. Дубовик, около 20 % лиц, совершивших убийство, и более  80% террористов расценивали ситуацию перед преступлением как безвыходную.

Если фрустрационные ситуации повторяются достаточно часто, у человека может развиться комплекс неполноценности (открыт А. Адлером). Как показывают исследования отечественного психолога Ю.М. Антоняна, деструктивная деятельность практически всегда возникает в случае длительной фрустрации или является следствием формирования комплекса неполноценности. Деструктивные действия, вызванные состоянием фрустрации, могут носить экстрапунитивный характер – быть направлены на других людей (в том числе и совершенно незнакомых, не имеющих никакого отношения к фрустрирующей ситуации), на отдельные предметы или целые социальные структуры; или интропунитивный характер – в этом случае субъект признает, что он сам является причиной фрустрации, и возможным выходом из травмирующей ситуации становится саморазрушение (алкоголизм, наркомания, суицид). Итак, на психическом уровне деструктивная деятельность человека детерминируется прежде всего неудовлетворенными потребностями. Главным мотивом деструктивной деятельности, как правило, является достигаемое за счет совершения разрушительных действий ощущение собственной значимости, своего превосходства над другими людьми. Кроме того, человек, совершающий деструктивные действия, может руководствоваться идеологическими мотивами, мотивами активного изменения мира, власти над людьми и некоторыми другими. Важным мотивом обращения к деструктивной деятельности является потребность принадлежности к группе. По мнению Д. Поуста, для индивидов, страдающих дефицитом самоуважения и с недостаточно развитой личностью, слияние с группой имеет фундаментальное значение. Груповой этос становится для него системой нормативных стандартов и ценностей.

Очевидно, что не каждый человек, не сумевший самоутвердиться, реализовать себя и находящийся в состоянии фрустрации, совершает деструктивные действия. В связи с этим неизбежно встает вопрос о наличии психопатологии у данных лиц. Исследования свидетельствуют, что значительное число лиц, совершивших деструктивные действия, являются клинически и психологически нормальными, однако определенные черты личности у них акцентуированы, то есть выражены необычно сильно. Понятие акцентуации характера было введено К. Леонгардом и означает чрезмерную выраженность отдельных черт характера и их сочетаний, представляющую крайние варианты нормы, граничащие с психопатологиями. Типы акцентуированных личностей не определены окончательно. Они описаны К. Леонгардом и А.Е. Личко. Однако эти авторы дают различную и чрезмерно дробную классификацию акцентуаций личности. Если использовать классификацию К. Леонгарда, то можно констатировать, что деструктивные действия обычно совершаются так называемыми застревающими личностями. Это люди, для которых характерна патологическая стойкость аффекта. Таким лицам свойственны болезненная обидчивость, злопамятность, мстительность. Оскорбление личных интересов, как правило, никогда не забывается «застревающими личностями». Их называют чувствительными, легкоуязвимыми. К деструкции склонны лица тревожного типа, для которых характерна высокая тревожность, впечатлительность, психическая напряженность, гиперчувствительность к отрицательным воздействиям, чувство собственной неполноценности, замкнутость, предрасположенность к фобиям, склонность к гиперкомпенсации – использованию утрированных способов самоутверждения. Высокая тревожность – это показатель субъективного неблагополучия личности. Окружающая среда часто ощущается лицами с высокой тревожностью как враждебная. В связи с этим у них затруднена правильная оценка ситуации, она легко меняется под влиянием аффекта. Причиной деструктивной деятельности у таких людей становится защита своего бытия от сознательно или бессознательно ощущаемой угрозы. Причем угроза может быть и мнимой, но ощущаться как реальная. Из-за наличия постоянного аффективного переживания, что менее достойные пользуются большими правами и возможностями, у «застревающих личностей» и лиц с высокой тревожностью может возникнуть потребность защищать свои права, и они начинают играть роль «борца за справедливость». Деструктивность таких личностей может быть направлена не только на отдельных лиц, но и на социум. Для них характерно стремление разрушить «несправедливое» с их точки зрения общественное устройство, не созидая при этом ничего нового.

Характерной особенностью лиц, склонных к деструкции, является чрезмерная эмоциональность, которая нередко превалирует над рациональным восприятием действительности. Так, М. Требин отмечает, что среди людей, склонных к террору, преобладают порывистые, импульсивные, страстные натуры. Например, А. Барабанова и Е. Ямщикова так охарактеризовали А. Желябова, лидера террористической организации «Народная воля»: «Натура увлекающаяся, впечатлительная, страстная – кропотливый труд был не для него, ему нужны были великая цель, кипучая деятельность, широкая перспектива. И такую цель нашел он в борьбе за политическую свободу». Повышенной возбудимостью и чувствительностью отличался А. Гитлер.

Таким образом, к деструктивной деятельности, как правило, склонны люди, которые не смогли удовлетворить свои фундаментальные потребности в привычной жизненной ситуации. Им свойственны высокая тревожность, впечатлительность, чрезмерная эмоциональность, гиперчувствительность к отрицательным воздействиям, чувство собственной неполноценности, замкнутость. Как отмечает Э. Фромм, деструктивность возникает тогда, когда человек «не может творить, ... постоянно ощущает свою изолированность и никчемность»; именно в этом случае личность стремится «самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения». Деструкция – это попытка преодолеть свою ничтожность, осознание которой весьма травматично; желание утвердить себя, прежде всего в собственных глазах, преодолеть свою изолированность от общества и доказать свою значимость.

Все сказанное выше позволяет сделать вывод, что, некоторые аналоги деструктивной деятельности имеются в животном мире, однако деструкция в нем распространена гораздо меньше, чем среди людей. Межвидовую борьбу животных мы не можем считать деструктивной деятельностью, так как эта борьба способствует сохранению вида. Аналоги деструктивной деятельности чаще всего встречаются у общественных насекомых, уничтожающих вторгшихся к ним представителей другого сообщества, а также у крыс и некоторых видов приматов, ведущих организованную борьбу между семьями и превращающихся при этом в настоящих убийц. Анализ биологической детерминации деструктивной деятельности показывает, что в отдельных случаях к деструкции приводят органические повреждения головного мозга, дисбаланс мозговых нейротрансмиттеров. Склонность к разрушению проявляется у людей в случае пониженного содержания серотонина в ткани мозга, при гипогликемии. Возможно, на деструктивную деятельность человека оказывают влияние лишняя Y-хромосома и повышенный уровень тестостерона. Однако данные о биологической детерминации деструктивной деятельности человека спорны и нуждаются в дальнейшей экспериментальной проверке. Особо следует остановиться на психических детерминантах склонности человека к разрушению. Как правило, деструктивные действия совершают люди, которые не смогли удовлетворить свои фундаментальные потребности, прежде всего потребность в самоутверждении, в реализации своего творческого потенциала. Неудовлетворенность основных потребностей порождает у человека состояние фрустрации, высокую тревожность, утрату смысла жизни; одним из возможных способов преодоления личностных проблем в такой ситуации может стать деструктивная деятельность. Разрушая, личность преодолевает свою ничтожность, изолированность от общества. В процессе деструктивной деятельности человек доказывает, прежде всего самому себе, свою значимость.

Безусловно, анализ биологических и психических детерминант проливает свет на деструктивную деятельность, однако не может полностью объяснить данный феномен. При его рассмотрении следует учитывать, что человек имеет многомерную природу и, в отличие от других живых существ, физиологические и психические процессы протекают у него в социокультурном контексте. Поэтому лишь целостное изучение биопсихической и социокультурной детерминации позволит сформировать целостное представление о деструктивной деятельности человека.

скачать книгу Лысак И.В. о деструктивной деятельности

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Обратная связь

Авторизация




 

© 2013-16 Ирина Лысак. Все права защищены